f y
Національна спілка кінематографістів України

Новини спілки

Вадиму Скуратівському – 75!

05.10.2016

5 жовтня 2016 року академіку Національної академії мистецтв України, доктору мистецтвознавства, професору, заслуженому діячу мистецтв України, культурологу, літературознавцю, кінокритику Вадиму Скуратівському виповнюється 75 літ.

Ювіляра – члена нашої Спілки вітає голова НСКУ Сергій Тримбач.

Мої вітання Людині, яку люблю і шаную вже 46 літ!

За відомою формулою у нашій країні треба жити довго і тоді всього досягнеш... До часів Перебудови-Перестройки Вадима Леонтійовича влада одверто недолюблювала. Починав-бо класично і переможно – захистив кандидатську дисертацію, видрукував книжку, почав викладати в Київському університеті. От з тих часів я, тодішній студент філфаку, і знаю, і шаную цю супернеординарну людину. І за колосальний інтелект, і за відвагу, з якою він завжди воював за принципи, яких тримався непохитно... Звісно, це мало кому подобалося, тому й відтісняли його на задвірки життя. Не відтіснили!

Ні на кого не схожий! Через роки Сергій Маслобойщиков запросить Скуратівського на роль у фільмі «Співачка Жозефіна і мишачий народ» (за творами Франца Кафки, пророча картина, до речі) і він зіграє роль такого собі інтелектуала, якого вже не чують... Нині ми дожилися саме до такої ситуації, хіба не так? На телеекрані суцільні політики найдешевшого розливу – і ніц інтелектуалів!

В одному з інтерв’ю Вадим Леонтійович нагадав: Письменник Марсель Пруст мріяв, аби щоранку людина виймала із своєї поштової скриньки не газету, а «Думки» Паскаля, одного з найглибших людей всіх часів і народів. Одначе, із сумом відзначав Скуратівський, людство до такої поштової скриньки не готово. «Але ж треба готуватися! Іншого виходу в нього немає! Інакше грядуть катастрофи, які можуть бути поставлені на конвеєр».

Це сказано 8 років тому. Нині ми вже спостерігаємо за роботою такого конвеєра... Не чуємо Скуратівського і людей його рівня!

І ще з того ж інтерв’ю (Михайлу Назаренку, газета «Бульвар», січень 2008-го).

– То, что вы появились на свет в 41-м году на оккупированной немцами территории, как-то повлияло на вас?

– Когда я родился, староста нашего села посоветовал моей маме, учительнице (отец, тоже учитель, был в Красной Армии), назвать меня Адольфом: «В честь нашего нового вождя Гитлера!» Она заплакала. Ночью пришел мой дядя Минай, он был партизаном: «Що ти плачеш? Та чорт з ним! Це ж не надовго». Хотя, на самом деле, тогда так не казалось.

Но Адольф – имя неправославное, а меня нужно крестить. Староста предлагает: «Тодi назвiть Василем – на честь нашого станового». Мать снова в слезы. Приходит соседка, приносит святцы, а там одно из первых имен – Вадим. День ангела – 22 апреля.

Мать стала партизанской связной, и на протяжении почти двух лет она носила меня на руках на все свои явочные квартиры. Я не знаю, как мы выжили (...).

Дело в том, что материальные ценности, деньги не могут быть абсолютным эквивалентом всего и вся в обществе. Результат может быть самый сокрушительный. Апокалипсис.

Нужна какая-то другая стратегия жизни. Она есть на классическом Востоке. А Восток неклассический – это, извините, Камбоджа, где тысячу лет говорилось, что индивидуальное существование не имеет значения. Договорились до того, что появился политический режим, который взял да и уничтожил половину населения страны (...).

– Вы в открытую говорили все, что думали? Не могли промолчать?

– Я всегда молчал, молчал, а потом из меня вырывалось что-то соответствующее. Мне казалось, что люди вокруг говорили то же самое, но я, очевидно, высказывался намного резче (...).

– За что вас убрали из «Всесвiта»?

– В 77-м в журнале была напечатана моя статья о французском писателе Андре Мальро. В ЦК проходило идеологическое слушание этого номера. Все было хорошо, но встал один наш литературный мэтр (не хочу называть его фамилию, потому что некоторые его романы начала 60-х – мои любимые) и говорит главному редактору Павлычко: «Дмитре, ти таку погану статтю надрукував про того Мальро якогось Скуратовського. Вiн у тебе працює?» – «Працює». – «Так ти йому плати бiльше десь на 50 карбованцiв, щоб вiн бiльше нiчого не писав».

Дмитро Васильович передал этот разговор мне: «Найкращий знавець зарубiжної лiтератури сказав про вас те саме, що завжди кажу я: ви сноб, естет, i не вартiсно те, що ви пишете».

А потом «найкращий знавець зарубiжної лiтератури» (я все ж назву прізвище цього «знавця» – Павло Загребельний. – С.Т.) написал предисловие к украинскому изданию сочинений Анатоля Франса. Я смотрю: почти все, кроме первого и последнего абзаца, позаимствовано у московского автора, литературоведа Якова Фрида. Все! Одна профессорша мне говорит: «Как вы догадались, что это плагиат? Я написала положительную рецензию, но отметила, что есть неточности только в первом и в последнем абзаце». Разразился неимоверный скандал. По моим сведениям, он дошел до Щербицкого. Тот распорядился: «Погасить!» Меня допрашивали в КГБ, были угрозы. В свой черед я пообещал поехать в Москву и дать интервью зарубежным журналистам (...).

– На вас навешивали идеологические ярлыки?

– В 78-м я написал несколько парадоксальную статью «Шевченко в контекстi свiтової лiтератури». Павлычко похвалил меня, напечатал ее. Но Союз писателей вздыбился против этой статьи, и тот же Павлычко указал мне на дверь в связи с моим «украинским буржуазным национализмом». Однако дело, думаю, было много сложнее. Я тогда имел кое-какие ограниченные, но связи с диссидентами, был, скажем, из того же круга. Хотя держался подальше от откровенных его манифестаций. Ну, очевидно, КГБ и не выдержал...

– Что же не понравилось Союзу писателей в вашей статье о Шевченко?

– Она была не похожа на парадное шевченковедение, на патриотический барабанный бой. Я задался вопросом: чем Шевченко – великий, чем – выдающийся? И вдруг сообразил, что практически вся мировая литература создавалась, условно говоря, дворянством и аристократией человечества, то есть где-то на социальном Олимпе. И Достоевский, и... при всем моем уважении, Пушкин, и Гюго, и многие другие описывали низы, спускаясь к ним сверху.

А Шевченко как раз в этом самом мире низов и появился. И поднялся на вершину мировой культуры с опытом тогдашнего ада, в котором пребывало украинское селянство. Он так и говорил: «Украинский пан может испугать старика Данте своим деспотизмом».

Мысль, казалось бы, очень простая, в известном смысле даже марксистская. Но Союз писателей обрушился на меня со всей силой. Писатель Левада кричал: «Вiн пiдняв руку на сонце росiйської поезiї!» (...).

Что сделал Горбачев? Находясь в полном политическом одиночестве, но, пользуясь могуществом своего аппарата, он рванул рычаг истории. Да ему памятник надо поставить из чистого золота! И когда-нибудь поставят.

Моя мать, скромная сельская учительница, узнав, что я еду в Москву и, возможно, увижусь с Горбачевым, сказала: «Як ото побачиш Горбачова, так ото до землi йому вклонись». Рядом сидел мой дядя, ее брат, в былые времена секретарь обкома, хороший человек, но «при своем мнении»: «Марiя, ну що ти кажеш? За якi такi заслуги?» Она повернулась к нему: «За те, що вiн твою партiю розiгнав». Браво!

Для меня Украина 70-х – самое интеллектуально угнетенное пространство в Союзе. Мне тогда казалось, что это уровень ультрадогматической сталинистской Албании. Но когда мне позже стали доступны албанские тексты, я увидел: куда нам до Албании! Там были блестящие поэты, писатели, художники, ученые! И режим странным образом их не всегда трогал. А в обезумевшем Киеве уничтожалось решительно все! (...).

– О чем-то сожалеете?

– Меня очень интересовал спорт, я занимался боксом. К сожалению, в этом деле у меня ничего толком не получалось, я оказался довольно бездарен. Начинаешь думать, и вдруг уже лежишь на ринге. Тренер наклоняется надо мной с воплем: «Думать будешь в библиотеке!» Что ж, пришлось перекочевать в библиотеку.

Сергій Тримбач

Будинок кіно НСКУ. Оренда Червоного залу. Червоний зал - 670 місць генеральний менеджер Олена Лебедь 067 329 08 05

ОРЕНДА ОФІСНИХ ПРИМІЩЕНЬ БУДИНКУ КІНО НСКУ ПЕРЕЛІК ОФІСНИХ ПРИМІЩЕНЬ БУДИНКУ КІНО НСКУ

10 грудня, вівторок, Червоний зал ДО ДНЯ ЗАХИСТУ ПРАВ ЛЮДИНИ Посольство Аргентини в Україні представляє Художній фільм «ПІДПІЛЬНЕ ДИТИНСТВО»