f y
Національна спілка кінематографістів України

Статті

Чому сценарист має бути лінивим і як правильно вкусити продюсера: майстер-клас #КіноКраїни

01.11.2015

29 жовтня в рамках 45-го Київського МКФ Молодість» відбувся майстер-клас й одночасно пітчинг «Як продати ідею фільму або серіалу виробнику. Серйозному виробнику». Подаємо докладний репортаж видання «Медіаняня» про подію.

Что делать, если у вас родилась гениальная идея фильма или сериала? Куда с ней бежать, как обратить на нее внимание важных людей из всяческих продакшенов? И что делать, если они, важные люди эти, вашу идею почему-то игнорируют? Вопросы классические, возникающие у любого начинающего или даже уже начавшего сценариста.

Но если вы думаете, что эти самые важные люди в вас или ваших идеях совсем не заинтересованы, очень ошибаетесь: специально для таких, как вы, #КіноКраїна вчера организовала мастер-класс и питчинг «Как продать идею фильма/сериала производителю. Серьезному производителю».

Все желающие могли заранее прислать свои заявки и логлайны, которые переслали ведущим украинским специалистам в области кинонематографии. А вчера и те, кто прислал свои заявки, и те, кому просто было интересно послушать, как же эти самые заявки нужно продавать, собрались в кинотеатре «Киев».

Спикерами были креативный продюсер FILM.UA Олеся Лукьяненко, руководитель ТО телеканала СТБ Тала Онищук, директор Одесской киностудии Андрей Зверев и сценарист Студии «Квартал 95» Михаил Савин.

Командовала парадом глава пресс-службы компании StarLightMedia Ольга Ваганова.

Она быстренько объяснила тем, кто еще не в курсе, что такое инициатива #КіноКраїна и зачем она нужна, рассказала, что одна из ближайших целей объединения – принятие закона о господдержке кинематографии, проект которого уже сейчас лежит в ВР, затем представила спикеров и назвала их «стражами, которые в своих компаниях решают, какому кино быть, а какому – не быть». Согласились с этой формулировкой далеко не все, но об этом позже.

Далее каждый из приглашенных изрек что-то для затравки.

Михаил Савин предупредил, что хочет поговорить о творческой лени – мол, творческий человек должен быть правильно ленив, а хороший зритель – это ленивый зритель. Поэтому целая линейка квартальских ромкомов начинается с цифры «8» – чтобы зритель не напрягался.

Андрей Зверев сходу рассказал, как поднимает Одесскую киностудию и восстанавливает ее инфраструктуру – а то, мол, студию «насиловали все, кому не лень». При чем тут это к теме мастер-класса – непонятно, но ладно уже. Рассказал и рассказал.

Тала Онищук, ни на секунду не расстававшаяся со своим ноутбуком, сразу предупредила, что все присланные заявки прочла от начала до конца:

– Я – из тех редакторов, которые читают до конца даже то, что очевидно плохо.

А Олеся Лукьяненко попросила все же не воспринимать ни ее, ни ее коллег как «стражей» и поспорила с Ольгой Вагановой о том, продюсерское или режиссерское кино «Нюхач».

После чего приступили, собственно, к мастер-классу.

Первым взял слово Михаил Савин.

– Нам было предложено из полученных 15-ти заявок выбрать одну, которая именно наша компания могла бы взять в разработку, – начал он. – Вообще-то наш профиль – комедия, но я постарался объективно оценить все истории. В общем, ни одну из заявок я бы нашим продюсерам не показал. А одному автору перезвонил бы и спросил: «А есть чего еще?» Увы. Так или иначе все эти заявки уже где-то всплывали... Когда я говорил о лени, я имел в виду правильную лень. Чем пересылать одну заявку в разные инстанции, проще придумать новую историю.  

Потом Михаил честно признался: сперва, увидев количество и объем присланного, испугался. А потом решил просто читать до тех пор, пока будет интересно.

– И быстро прочел все! Увы. Истории ваши – не цепляющие, – сказал, как отрезал, Савин. И стал учить премудростям составления логлайна.

– Для чего придумали логлайн? Логлайн – это буквально одно предложение, которое говорит, о чем на самом деле фильм. А половина из вас описывала в нем персонажей – цвет волос, какую школу закончил, на каком зубе кариес... Вторая половина сочла, что логлайн – это краткий пересказ фильма.  

– А еще часть людей считает, что логлайн писать вообще не надо, – вклинилась Тала Онищук.

– Есть прекрасных прием, описывающий логлайн, – продолжил Савин. – Логлайн – это укус комара. Комар кусает быстро, и потом вы целый день чешетесь – вот что такое логлайн. Если продюсеру после вашего логлайна захотелось «почесать» – значит, вы «укусили». Не захотелось – не укусили. Логлайн – продолжил ассоциативный ряд Михаил, – это когда ты с продюсером садишься в лифт, он нажимает кнопку 5 этажа, и пока вы едете, ты рассказываешь свою идею. Если на 5 этаже он предлагает тебе выпить кофе – ты победил. Нет – нажимай 1 этаж и едь работать дальше.

Логлайн нельзя писать в самом конце – это то, что вы должны сформулировать в самом начале. Никто кроме вас не может знать, о чем картина. И если вы не знаете этого сами – как это должен понять продюсер? Это очень сложно, но это та первая сложность, с которой вы должны начать работу. Если вы ее преодолеете – идите дальше, к синопсису, а от него – к сценарию.  

Далее Михаил привел пример типичного неправильного логлайна:

– «Три человека в пятницу, 13, застревают в лифте. Ситуация усугубляется тем, что один из них – блондин, второй – слесарь, а третий уже 20 лет болеет за "Динамо Киев"». Все. И читать дальше не хочется. Времени сейчас очень мало, все загружены. А вы ленитесь писать логлайны правильно!

И рассказал, как «Кварталу» «продали» идею фильма «8 первых свиданий»:

– Она звучала очень просто: «Два человека, засыпая в разных местах, просыпаются вместе». И мы купили это предложение. Будьте ленивыми: не пишите по 47 страниц, придумайте одно предложение. Если оно понравится – придумаете еще 5.

После этого Савин не без гордости  признался:

– У меня нет никакого драматургического образования. Увы, есть большая пропасть между институтами, производщими специалистов в нашей отрасли и реальным киношным «полем боя». Вам рассказывают, как должно быть, но не учат тому, как есть.

И сообщил, кто же из приславших заявки авторов побудил бы его позвонить и попросить прислать что-то еще: этим человеком оказалась Лилия Молодецкая – между прочим, выпускающий редактор «Телекритики»:

– Конфликт у нее поставлен на 1 место, видно – человек правильно понимает, что нам нужно.  

Дождавшийся своей очереди Андрей Зверев сообщил, что для него удачная заявка – та, после прочтения которой возникает мысль: «Почему же я до этого не додумался?»

После чего продолжил рассказ о том, как он возрождает инфраструктуру Одесской киностудии: «Там ведь было украдено все, вплоть до базы данных сценариев и актерской базы!», зачем-то перешел к объединению европейского кинематографа, посетовал, что прокатное кино окупить в Украине невозможно и заверил, что единственный способ для украинского кино подняться с колен – копродукция... Ну, ладно. Сказал и сказал.

Тала Онищук повторила, что из присланных 15-ти заявок прочла все. И взмолилась:

– Пожалуйста, не начинайте заявки с примера диалога! Наверное, хорошая задумка – полностью погрузить в действие и сразу заставить сопереживать героям. Но она не работает. Вместо того, чтобы с одного абзаца понять историю, я ломаю голову: «Олег, Александр… Кто эти люди?».

Не пытайтесь пересказать в логлайне весь фильм с попутным описанием персонажей! – продолжила молить Тала. – Это – заявка, а не библия. Не нужно рассказывать всю предысторию.

Когда-то на третьем курсе я писала синопсис к уже написанному своему сценарию, который мне страшно сейчас доставать из папки… И написала его на 7 страниц. 7 страниц – это, по-хорошему, сценарий. Синопсис – это одна страница, в которую вынесены ключевые моменты.

Дальше – это нормально, когда вы не «сдаете» финал фильма. Но дайте хоть какую-то информацию! А то у нас есть заявки, в которых одна интрига: «…потом случается нечто». А суть где? За что зацепиться?

– А еще точно так же, как с логлайном, вам нужно определиться, кто ваш главный герой. Часто в заявках есть история, но от чьего лица мы ее смотрим, кто трансформируется, с кем что происходит, кому мне сопереживать в конце концов? – этого нет. А это плохо: это должен понимать не только зритель, но и редактор. 

Затронула Тала и тему, извините за тавтологию, тем:

– Ключевая ошибка – снимать «ментально близкое украинцам кино», запершись в селе под Полтавой и надев шаровары. Яркий пример правильного «ментально близкого кино» – «Мотыльки». История, вроде бы, специфично украинская, территориально имеющая отношение к нам. Но в ней все – о людях. Сейчас у нас в каждом втором сценарии главный герой прошел АТО. Да, у нас есть такая беда. Но это не значит, что АТО должна становиться сюжетообразующей. Нужно придумывать какую-то деталь образа или героя не просто так, а чтобы это как-то сыграло в сценарии и отразилось дальше. А у нас, к сожалению, есть неправильная тенденция – быть «актуальным» и в погоне за сиюминутностью терять содержание. А оно первично, поэтому Шекспира и переснимают до сих пор. Присылайте заявки не про взрыв в Чернобыле или Майдан, а про кого-то. Про события – это документальное кино. Во главе угла художественного кино – персонаж.

В завершение Тала предложила всем соискателям в принудительном порядке сократить свои заявки на треть – «оставьте только то, без чего нет понимания фильма», отметила Лилию Молодецкую и призвала вспомнить, что сценарист – это, все же, литератор:

– Поэтому, когда пишете заявку, следите за грамотностью и отсутствием большого количества сложносочиненных предложений. А еще лучше – почитайте для начала книгу Норы Гааль «Слово живое или мертвое». А потом садитесь писать. 

Олеся Лукьяненко тоже отметила Молодецкую:

– Наша компания к ней давно присматривается. Надеюсь, мы найдем какой-то проект, где она сможет быть реализована, – и перешла к остальным заявкам:

– Я сперва испугалась, когда получила в последнюю ночь 15 заявок. Но, открыв их, поняла: всего одну или две вижу впервые. Все остальное к нам уже приходило и неоднократно. Поэтому сразу скажу: в каждой из наших компаний все, что вы подаете, читается. Если вам не отвечают, это не значит, что вас не заметили. Очевидно, надо прислать что-то другое. Удивило то, что некоторые заявки были сформированы года-полтора назад. Может, стоило найти что-то посвежее?

Не став подробно объяснять, какой хотелось бы видеть идеальную заявку – «мы много об этом говорим на мастер-классах компании» – Олеся объяснила, как работает креативный продюсер:

– Мы очень много смотрим. При этом изучая рейтинги, замечаем, что идет по телевизору, не пропускаем кинофестивали, питчинги… Если заявка ко мне приходит в первый раз, я, естественно, смотрю, что за автор. С фильмографией? Изучаю ее, думаю, как мы могли бы сотрудничать. Если опыта у автора нет, рулит и побеждает идея.  

– Здесь присутствует Марина Кондратьева, режиссер-документалист, которая присылала мне ряд своих заявок. – продолжила Олеся. – В одной из них проскочили имя и фамилия – Регина Збарская. Мне это стало интересно, я подошла к нашим генеральным продюсерам: «А не сделать ли нам байопик про эту манекенщицу?» – «Да, было бы здорово». После чего мы позвонили Марине, договорились об использовании ее идеи и сделали фильм «Красная королева», который уже прошел с сумасшедшими рейтингами. Так что иногда достаточно короткого предложения, иногда – имени и фамилии. И не бойтесь, что кто-то украдет вашу идею. Все ведь думают приблизительно одинаково. Но если компания порядочная, она все равно с вами заключит какой-то договор. Не бойтесь, что идеи воруют, это неправда. 

Далее настал черед вопросов.

Ольга Ваганова предложила с места зачитать свой логлайн и выслушать мнение экспертов. Но желающих получить профессиональную консультацию опередила та самая Марина Кондратьева.

И поделилась наболевшим: мол, есть у нее идея новогоднего фильма – комедии в стиле Кустурицы. Они с продюсером Максимом Асадчим нашли инвесторов в Германии и Польше, а в Госкино идею «зарезали» с формулировкой «аморально во время войны снимать комедии». В результате немецкий продюсер с Украиной дела иметь больше не хочет, польский – просто не берет трубку… Так вот, мол, что делать, и могут ли присутствующие здесь продюсеры и сценаристы как-то влиять на состав экспертной комиссии Госкино.

Марину постарались утешить кто как мог. Михаил Савин высказал мысль, что кино должно быть частным, чтобы ни от кого не зависеть. А что во время войны нельзя снимать комедии – так он с этим не согласен. Его поддержала Тала Онищук: мол, даже в нынешнее нелегкое время найти альтернативные источники финансирования вполне возможно. Даже с помощью #КиноКраїни.

Олеся Лукьяненко высказалась в защиту господдержки:

– Марина, очевидно, попала в такой период – сейчас вообще, насколько я понимаю, денег никому не дают. Но не стоит представлять одно белым, другое черным. Например, благодаря государству уже два года как появилась хорошая программа короткого метра. Даже у нас на студии есть молодые режиссеры, которым снять их первое кино помогло именно государство.

А Андрей Зверев сообщил, что Одесская киностудия – государственное предприятие, «и это – большой гембель», что база данных сценариев одесской киностудии – это открытое окно, в которое может влетать все, и что он мечтал открыть на Одесской киностудии филиал американской школы кинематографии. Но не открыл. Зато там теперь есть курсы от университета им. И.К. Карпенко-Карого.

К чему сказал – непонятно. Ну, ладно, сказал – так сказал.

Кстати, Ольга Ваганова утешила Кондратьеву тем, что в том самом законе о господдержке украинского кино есть пункт о создании экспертной комиссии из 10-ти человек, 7 из которых будут от производителей, а трое – от власти (йдеться про Раду з державної підтримки кінематографії. – НСКУ).

После чего желающие зачитали таки свои логлайны.

– Президент маленького холдинга, бывший бандит, согласился на открытый суд в прямом эфире с использованием детектора лжи, – огласил свой логлайн первый желающий.

– Знаете, очень важная вещь в нашей профессии – формулировка, – после общей паузы взял огонь на себя Михаил Савин. – Ваш логлайн… В общем, не цепляет.

– К тому же, эта тема уже эксплуатируется за очень небольшие деньги на телевидении, – добавил Андрей Зверев.

– Да? – удивился мужчина. – А у меня просто телевизора нет. А что, есть такая передача? Ну надо же!

– А мне интересна история человека, который осознанно пошел на самосуд. Но мне важно понимать его мотивацию и прошлое, – призналась Олеся Лукьяненко.

– Если будет самосуд, история правда будет интереснее, – согласилась Тала Онищук. – Но в логлайне-то это слово отсутствует! К тому же, у вас «президент МАЛЕНЬКОГО холдинга» – и это автоматически неинтересно. Вот если бы президент страны…

Некая студентка университета им. И.К. Карпенко-Карого рассказала, что готовится снимать курсовую работу по рассказу Владимира Винниченко о девушке-участнице УПА, которая везет за границу важные документы, но по дороге влюбляется в контрабандиста.

– А зачем вам наше мнение, если вы уже снимаете?

– Ну, я только готовлюсь запускаться, а сценарий дорабатываю по ходу...

– Всегда очень всегда жаль, когда запускаются проекты с незакоченным сценарием, – стала сокрушаться Олеся.

– Очень распространенная ошибка! – согласился Михаил Савин. – Это как начать операцию, не зная до конца диагноз. Может, аппендицит, а может, и гланды…

Девушке посоветовали взять паузу и для начала доработать сценарий. К тому же, посоветовали преподнести тему в современной эстетике, не злоупотребляя патриотизмом. 

– Психолог поп-звезды сам обращается к психологу, осознав, что хочет убить своего клиента. Комедия, – зачитал некий работник «Нового канала».

– Интересно, – сказали все в один голос. – Шлите заявку.

В заключение присутствующие выразили желание услышать хваленый логлайн Лилии Молодецкой.

Зачитали: «В сети появляется анонимный блогер, который спрашивает у пользователей, как ему поступить с тем или иным коррупционером или преступником. Они предлагают свои варианты приговора, он делает свой выбор. Все воспринимают это как игру, но вскоре становится понятно, что для него это стало руководством к действию – приговор приведен в исполнение».

– Тут, в принципе, можно было остановиться, но Лилия продолжает… – сказала Тала Онищук и прочла дальше.  

– Вот этот объем читать уже тяжело. А там, где мы остановились – было как раз то, что нужно. – заключил Михаил Савин. – Это был тот «укус», где ты начинаешь фантазировать, набрасывать... Есть у сценаристов «правило семи»: если ты на предложенную идею, ход, можешь сходу накидать 7 идей – значит, ход рабочий ход. Не можешь – значит, он не работает. Не факт, что идея Лилии сработала бы глобально, но пофантазировать можно было бы.

На этом мастер-класс решили завершить и перешли к просмотру ролика о законопроекте.

Снялись в нем ведущие украинские актеры: Сергей Калантай, Ада Роговцева, Стас Боклан, Сергей Романюк и др. 

Рассказали, как закон важен и призвали депутатов за него «в конце концов уже проголосовать».

Хочется верить, народные избранники к деятелям искусства прислушаются.

А я надеюсь, #КиноКраїна продолжит радовать нас полезными мастер-классами. Так, глядишь, и воспитают молодое поколение.

«Медіаняня», 30 жовтня 2015 року

19 вересня 2019 року. Червоний зал Будинку кіно. Художній фільм "БЛУКАЮЧА ЗЕМЛЯ" (Китай, 2019 рік) НАЦІОНАЛЬНА СПІЛКА КІНЕМАТОГРАФІСТІВ УКРАЇНИ та CHINA FILM CO.,LTD,ЗА ПІДТРИМКИ ПОСОЛЬСТВА КНР В УКРАЇНІ

Будинок кіно НСКУ. Оренда Червоного залу. Червоний зал - 670 місць генеральний менеджер Олена Лебедь 067 329 08 05

ОРЕНДА ОФІСНИХ ПРИМІЩЕНЬ БУДИНКУ КІНО НСКУ ПЕРЕЛІК ОФІСНИХ ПРИМІЩЕНЬ БУДИНКУ КІНО НСКУ